Начинается всё с новоселья. Джонни Сэк, человек нью-йоркской семьи, покупает большой дом в Нью-Джерси и сообщить об этом соседям как-то забывает. Тони приезжает выяснять, зачем нью-йоркский капо селится у него на территории, и получает объяснение про жену, которая хочет быть ближе к сёстрам, и заверения, что в местные дела никто соваться не собирается. Заверения звучат убедительно. Что характерно, Тони они не убеждают, и правильно делают.
Вторая линия — про воспитание. Ральфи Сифаретто теперь встречается с Розали Април, вдовой покойного босса, и, чтобы сблизиться с её сыном, берёт Джеки Априла-младшего на выбивание долга. Разговор Ральфи доводит до драки намеренно, дальше должника бьют вдвоём, и Джеки от происходящего в полном восторге. Тони, который обещал отцу мальчика держать его подальше от семейного бизнеса, узнаёт об этом и делает выводы: капо осиротевшей бригады Априла становится Джиджи Честоне, а Ральфи, который место уже считал своим, остаётся с носом. Оно, конечно, месть за воспитание — но и глаза с ушами в чужой бригаде Тони не помешают.
Отдельно идёт Дженис. Украденный в прошлой серии протез Светланы оказывается вещью, за которую есть кому вступиться: в дом приходят двое, разговор занимает недолго, протез возвращается владелице, а Дженис — в больницу. Тони навещает сестру и злится: теперь ему по правилам придётся отвечать за побои, а это время и деньги, потраченные на чужую жадность. Дженис же выходит из истории заново рождённой в вере и объявляет, что всех простила. Брат этому не верит ни секунды, и зря он, что ли, знает её сорок лет.
Но серия не про них. Она про доктора Мелфи, на которую вечером в подземном гараже нападает незнакомый человек. Полиция задерживает его быстро и отпускает так же быстро — улики оформлены с нарушением, дело разваливается. Через несколько дней Мелфи заходит в закусочную и видит на стене фотографию: этот самый человек — сотрудник месяца. Отсюда название. И отсюда же вопрос, на котором всё держится: у неё есть пациент, которому достаточно сказать одно слово. Чем это заканчивается, пересказывать не буду; финальная сцена — одна из самых сильных за весь сериал, а сценаристы Робин Грин и Митчелл Бёрджесс получили за неё «Эмми» 2001 года. Оценка на IMDb — 9,1.
Вся последняя сцена держится на одном слове, произнесённом ровным голосом после долгой паузы. В правильном переводе Дмитрия Пучкова это слово звучит именно так, как написано, — без пояснений и без интонационных подсказок, которых в оригинале нет.
Видеоразбор этой серии
Дмитрий «Гоблин» Пучков и Дементий разбирают серию подробно: детали, отсылки и реалии, которые с первого просмотра не считываются. Смотреть после серии — в разборе есть спойлеры.
Комментарии (0)
Пока тихо. Напишите первым — что думаете об этой серии?